Слышу звон. Но откуда он?

Music-commontime

«Если 6 знали вы, как мне дороги ленинградские вечера…» Вы все верно прочли, никакой ошибки здесь нет. Именно ленинградские! Дело в том, что изначально поэт Михаил Матусовский и композитор Василий Соловьев — Седой писали о Северной столице. Но в фильме «В дни Спартакиады», постановщикам которого предложили песню ее авторы, демонстрировались подмосковные пейзажи, а потому, по просьбе Министерства культуры СССР, Матусовский стихи переделал. С тех пор мы слушаем и поем «Подмосковные вечера». Таким образом, и у песни может быть своя необычная история. Вот об этих историях мы сейчас и поговорим.

Эти строки стали своего рода гимном Великой Отечественной войны. Считается, что текст песни «Священная война» сочинил поэт Василий Иванович Лебедев — Кумач сразу же после вторжения Германии на территорию СССР. Уже 24 июня 1941 года стихи напечатали в газетах «Известия» и «Красная звезда», а вскоре после этого композитор Александр Васильевич Александров написал к ним музыку. Но есть и иная версия происхождения знаменитой песни: написана она вовсе не о Великой Отечественной, а о Первой мировой войне. Автор же текста — не Лебедев — Кумач, а Александр Адольфович Боде — неизвестный провинциальный учитель, преподававший русский язык и литературу в Рыбинской мужской гимназии. Как утверждает дочь Боде Зинаида Александровна, в 1916 году на создание «Священной войны» ее отца вдохновил уход на фронт рыбинских новобранцев. Правда, музыка к стихам была иной, общеизвестная же действительно принадлежит Александрову. В конце 1937 года Боде послал свой текст для оценки знаменитому поэту В.И. Лебедеву — Кумачу, но в январе 1939 года Александр Адольфович умер, так и не дождавшись ответа. А в 1941 году эти — несколько переделанные — стихи прогремели на всю страну как гимн новой освободительной войны.

Подвиг «Варяга» воспели немцы

Derstolze «Warjag» ergibtsich nicht, Wir brauchen kerne Gnade!

Мало кто, даже владеющий немецким языком, сможет узнать в этих строчках «Врагу не сдается наш гордый «Варяг»». Тем не менее оригинал знаменитой песни создал австриец Рудольф Грейнц, воспев в своих стихах подвиг российских матросов в годы Русско-японской войны. Впервые текст «Варяга» появился 25 февраля 1904 года на страницах немецкого журнала «Югенд» под заголовком Der Warjag. Зарубежная пресса часто попадала в Россию, и многие произведения переводили на русский язык. За «Варяга» Грейнца брались несколько авторов, но наиболее удачным посчитали перевод Евгении Михайловны Студенской. Что касается мелодии, сочинил ее воспитанник 12 — го гренадерского Астраханского полка Алексей Сергеевич Турищев. 16 апреля 1904 года выживших моряков крейсера, о подвиге которых была написана песня, принимал в Зимнем дворце император Николай II. Именно на том приеме и прозвучало впервые «Врагу не сдается наш гордый «Варяг»» на известный всем мотив. Правда, потом, видимо из-за того, что Россия воевала с Германией сначала в Первую, а затем во Вторую мировые войны, немецкое происхождение этой патриотической песни было как бы случайно забыто.

Веселые ребята мексиканской революции

Фильм «Веселые ребята» вышел на экраны в конце 1934 года, и вскоре вся страна распевала прозвучавший в нем «Марш веселых ребят» на стихи уже упомянутого нами Василия Ивановича Лебедева — Кумача и с музыкой композитора Исаака Осиповича Дунаевского. А спустя год в Москве на первом советском международном кинофестивале показали американский фильм «Вива, Вилья!», в котором зрители услышали песню La Adelita с точно таким же мотивом. Разразился скандал. Дунаевского обвинили в плагиате. Сам Исаак Осипович оправдывался, что в качестве основы для «Марша веселых ребят» действительно использовал американские блюзы. На самом деле La Adelita — вовсе не блюз, а гимн мексиканской революции 1910-1917 годов. В СССР его запись, скорее всего, попала в 1932 году, после поездки в Мексику съемочной группы режиссера Сергея Михайловича Эйзенштейна, где он снимал документальный фильм «Да здравствует Мексика!». И все же, так как музыка к песне «La Adelita»народная, авторство «Марша веселых ребят» было оставлено за Дунаевским.

Стихи дяди царя в советском кино

Честно говоря, еще в детстве, слушая слова этой песни, я представлял себе вращающийся над головой земной шар. И помнится, даже побаивался того, что он «хочет упасть». Вдруг, правда, свалится?.. Теперь же все стало на свои места, ведь, как выяснилось, изначально строчка была такой: «Крутится, вертится шарф голубой», а вовсе не «шар». Просто в фильме 1934 года «Юность Максима», где прозвучали два куплета песни,

буква «ф» потерялась — вероятно, как «неудобопроизносимая». Что же касается авторства текста, споры не умолкают до сих пор. Версий выдвигается множество. По одной из них, песню придумали в народе примерно в конце XIX — начале XX века. По другой, как считает искусствовед Наум Шафер, она гораздо древнее и была известна еще Михаилу Ивановичу Глинке в середине XIX столетия. А есть и вовсе фантастическое предположение: стихи про «шарф голубой» сочинил Константин Константинович Романов — внук Николая I и двоюродный дядя Николая II! Известно, что великий князь был талантливым поэтом и драматургом и часто публиковался под псевдонимом K.R На стихи Константина Константиновича писали музыку такие именитые композиторы, как Сергей Васильевич Рахманинов, Петр Ильич Чайковский, Александр Константинович Глазунов. Быть может, действительно в советском фильме прозвучали слова родственника свергнутого царя?

Не комсомолец и не танкист

Думаю, многие уже догадались, что речь пойдет о песне времен Гражданской войны: о том, как «сотня юных бойцов из буденновских войск на разведку в поля поскакала». «Смерть комсомольца» сочинил в 1924 году эстонский поэт и переводчик Николай Коль. На самом же деле, его текст — лишь переделка дореволюционных народных песен. Выше приведен один из вариантов, рассказывающий о штурме казаками китайского города. Есть также версия, где поется о «деникинских» бойцах, вместо «буденновских».

На подобный мотив в начале XX века распевали и арестанты: «Лишь только в Сибири займется заря…».

…От горя мама зарыдает, Слезу рукой смахнет отец. Все зарыдают, как узнают, Какой шахтера был конец…

Это еще одна песня, которая дошла до нас в совершенно ином виде, чем задумывал автор. Именно о трагической гибели шахтера хотел поведать неизвестный поэт, живший где-то на рубеже XVIII — XIX веков. Песня называлась «Коногон»: была когда-то такая профессия — погонщик лошади, тянущей в шахте вагонетку с углем. Но позже текст песни множество раз переделывали, особенно в годы Первой и Второй мировых войн. Воспевалась то смерть летчика, то матроса, то партизана, то десантника… Нам же, в основном благодаря «Старым песням о главном» и группе «Чиж и компания», известен вариант с танкистом: «По полю танки грохотали…»

 Хотите приобрести Недвижимость? Заходите на сайт realt5000.com.ua